Эскалация на Ближнем Востоке резко увеличила геополитическую премию в нефти. Спотовая цена на Brent поднялась выше 100 долларов за баррель. Ключевой вопрос для рынка — как долго сохранятся риски перебоев поставок. Сейчас можно выделить три базовых сценария.
В этом случае цены постепенно вернутся примерно к прежним уровням, однако геополитическая премия полностью не исчезнет. Какое-то время суда будут осторожно проходить через Ормузский пролив, а часть перевозчиков могут обходить регион через Африку, что увеличит логистику примерно на 20 дней. Материальный и репутационный ущерб для добытчиков залива уже нанесен.
Если конфликт и риски перебоев сохранятся еще несколько недель, доверие к поставкам из региона снизится. Плюс есть риски существенного урона нефтяной инфраструктуре. Крупные страны-импортеры будут стремиться нарастить стратегические запасы, чтобы снизить риски при повторении подобной ситуации. В такой ситуации цены на нефть будут медленнее стабилизироваться. Фактически этот сценарий уже частично отражен во фьючерсной кривой. Рынок оценивает среднюю цену на Brent в этом году на уровне 80 долларов за баррель. На несколько лет вперед фьючерсы закладывают уровень выше 70 долларов. Эти значения важнее спотовых котировок, поскольку именно долгосрочные цены используются в финансовых моделях компаний и влияют на их оценку.
Наиболее жесткий сценарий предполагает продолжительный конфликт, который выльется в длительные перебои в добыче и транспортировке нефти и газа. Страны Персидского залива поставляют на мировой рынок около 20 млн баррелей нефти в сутки. Часть объемов можно перенаправить по трубопроводам к Красному морю или другими маршрутами. Однако значительная доля поставок остается привязанной к Ормузскому проливу. В случае серьезных перебоев с рынка может выпасть до 12–15 млн баррелей в сутки. В такой ситуации цены на нефть способны удерживаться выше 100 долларов в течение двух-трех лет. Даже при формально открытом проливе судовладельцы могут избегать этого маршрута или требовать высокую премию за риск. При таких ценах часть потребителей будут вынуждены сокращать спрос.
Рынок постепенно перестает воспринимать происходящее в Иране как короткий эпизод, и вероятность реализации первого сценария снижается. Частично выпавшие объемы нефти можно компенсировать российской нефтью, уже погруженной в танкеры и получившей временные разрешения на продажу. Дополнительно США и страны — участницы МЭА планируют высвободить 172 млн баррелей и 412 млн баррелей из стратегических резервов. Но эти объемы будут выходить на рынок постепенно, поэтому они скорее затормозят рост цен, чем полностью закроют дефицит.
По нашим расчетам, существенный потенциал роста стоимости акций российских нефтяников реализуется в сценарии резкого скачка цен на нефть с их последующим удержанием на повышенном уровне в течение двух-трех лет. В этом случае оценка крупнейших компаний действительно может быть на 30–60% выше текущих уровней. Однако мы не рассматриваем этот сценарий как базовый. При этом важно учитывать, что уровень неопределенности остается крайне высоким — прогнозир овать продолжительность острой фазы конфликта и его влияние на нефтяную инфраструктуру сейчас затруднительно.